У тумане

отдалиться от шоссе, Сущеня припустил напрямик, по сенокосу, полагая, чтоВойтик скоро догонит его. Однако Войтик пока не догонял, и он поспешилукрыться в редком кустарничке, где на голом пригорке свалил с себя Бурова.Далее шел пологий склон с мелколесьем, и внизу мерцал сквозь туман неширокийповорот реки. Предстояло искать, где через нее переправиться. Но сперва надобыло подождать Войтика.

   Только Сущеня с облегчением распрямился возле распластанного телаБурова, как сзади на шоссе раздался приглушенный вскрик, непонятный, но, какпоказалось Сущене, угрожающе-требовательный, и тут же мелко протрещалаочередь, за ней вторая и третья. Сущеня сначала пригнулся, припал к земле,затем, вспомнив про свой наган, дрожащими руками выдрал его из кармана.Некоторое время он не мог понять, что надо делать - затаиться, удирать илибежать выручать Войтика, который наверняка попал в западню. В промежуткахмежду очередями послышалось несколько выкриков, только отсюда он ничегоразобрать не мог, не понять даже было, на каком языке кричали. К счастью,однако, крики не приближались, раздаваясь в выемке, там же трещали ивыстрелы; пуль здесь не было слышно, значит, стреляли не в эту сторону.Наконец Сущеня решился и, крадучись, с наганом в руке высунулся изольшаника.

   Едва различимая в туманных сумерках сенокосная луговина лежала пустой,Войтика нигде не было. и Сущеня опять забеспокоился: что же ему делать?

   Тем временем стрельба на дороге прекратилась, из туманной тишинынедолго доносились далекие глуховатые голоса, но не крики, похоже, тамразговаривали, только на каком языке - понять было по-прежнему невозможно.Наконец бахнул одиночный выстрел и все смолкло. "Что они там наделали? Чтонаделали?" - билась в голове у Сущени неотвязная мысль. Впрочем, чтонаделали, нетрудно было догадаться, но он не хотел верить догадке, он всевглядывался в кустики под столбами и ждал, что оттуда появится Войтик. НоВойтик не появлялся; от усталости и долгого напряжения у Сущени началислезиться глаза. Так в бесплодном ожидании он и не заметил, как вовсестемнело, вечерние сумерки без остатка поглотили кустарники вдали, высокуюстену сосен на той стороне шоссе и постепенно застлали неширокую полосусенокоса; на едва светлеющем вверху небе отпечатались черные веткиольшаника. Недолгий тревожный шум возле дороги, похоже, улегся, голосазамерли, и все там утихло. "А может, они уехали?" - подумал Сущеня. Номоторного гула он не слышал, разве что автомобилей там и не было. Но тогдачто же там было?

   Все еще не в состоянии совладать с волнением, Сущеня вернулся к Бурову,который в отрешенном безразличии ко всему лежал на боку. Тут он постоял,подумал, что, может, Войтик появится где-нибудь в другом месте Тольконапрасно он думал, над лесными просторами воцарилась туманная ночь, от рекинесло зябкой сыростью, а Войтик так и не появился. Но куда же было податьсяСущене? Он уже понимал, что Войтика, пожалуй, ему не дождаться, и ощутилстрах: мало того, что Буров, так еще и Войтик? Как же ему теперь бытьодному, на что и на кого рассчитывать?

   Он вышел из кустарника, опять постоял, послушал. Уже можно было не